Некоторые мировые убийцы, такие как оспа и полиомиелит, были полностью или почти уничтожены. Другие, такие как малярия и ВИЧ, до сих пор полностью разочаровывают учёных, несмотря на поразительные новые инструменты, такие как редактирование генов. У нас есть вакцина от Эболы, которая защищает почти 100 % своих пациентов, но нам не повезло получить рутинную прививку от гриппа, которая работает от всех штаммов.

У нас есть детские вакцины против кори, свинки, краснухи, дифтерии, коклюша, столбняка, ветрянки, полиомиелита, гепатитов А и В, ротавируса, пневмококка, гемофильного гриппа и менингококковой болезни. Они изменили наши ожидания относительно смертности — и родительства.
В Англии XVII века треть всех детей умирала до 15 лет.

В тропических странах существуют вакцины против жёлтой лихорадки, холеры, японского энцефалита, менингита А, тифа, денге и бешенства. Но несмотря на 30 лет усилий — вакцины от СПИДа всё ещё нет. Универсальной вакцины от гриппа нет. Не существует вакцин с долгосрочной защитой от малярии или туберкулёза. Нет вакцин от многих паразитарных инфекций и вирусных угроз.

Вакцины — одни из величайших медицинских достижений мира, такие как чистая вода, мыло, отбеливатель, канализационные системы и антибиотики. В рациональном мире — где бюджеты строятся на спасённых жизнях на каждый доллар — расходы на исследования вакцин соперничали бы с расходами на оборонные исследования.
И прогресс будет таким же быстрым. Когда родился Луи Пастер, солдаты носили мушкеты. Теперь бойца Талибана можно убить дроном, доставленным с базы в Аризоне, но уязвимые американцы всё равно вынуждены полагаться на технологию вакцины от гриппа, изобретённую в 1931 году: выращивание вакцины в куриных яйцах. И, как и с оружием, страх меняет всё. В эпидемиологически тихие времена антивакцинальное лобби сеет сомнения; когда происходит Эбола или пандемический грипп, люди требуют защиты.

Существует два препятствия для более быстрого прогресса, отметил доктор Грегори А. Поланд, директор исследовательской группы по вакцинам в клинике Майо. «Один — научный, а другой — неловкий», — сказал он. Самое неловкое — отсутствие инвестиций. Разработка вакцины занимает 10 лет и более миллиарда долларов — небольшое состояние для медицинского достижения, но крошечное состояние для системы вооружения. В то время как оборонные исследования движет один крупный клиент — Пентагон, исследователи вакцин сталкиваются с запутанной смесью потенциальных спонсоров.

Частный сектор в основном занимается производством дорогих вакцин для американских детей, военных и туристов, любящих приключения. Потенциальное биологическое оружие, такое как сибирская язва, чума и кроличья лихорадка, привлекает средства для биотерроризма. Но вакцины, предназначенные только для защиты бедных людей в отдалённых странах, обычно должны ждать донорских вливаний от правительств и благотворительных организаций, таких как Фонд Билла и Мелинды Гейтс и Wellcome Trust, хотя мы знаем, что эти эпидемии пересекают границы.

Научные препятствия, хотя и более сложные, относительно редки.

Большинство вакцин работают, создавая антитела — Y-образные белки — которые блокируют собственные белки возбудителя болезни. В то время как у вирусов всего несколько целевых белков, у бактерий их до 6 000, а паразитов — ещё больше, отметил доктор Пол А. Оффит, директор в Детской больнице Филадельфии. И даже некоторые небольшие вирусы, включая ВИЧ, грипп и гепатит C, мутируют настолько быстро, что их поверхность меняет форму до того, как антитела успевают на них зафиксироваться.

Как правило, если болезнь оставляет хотя бы несколько выживших, полностью свободных от болезни и иммунитета на всю жизнь, вакцина от этого заболевания возможна. «Естественная инфекция — мать всех вакцин», — сказал доктор Энтони С. Фаучи, директор Национального института аллергии и инфекционных заболеваний. Оспа соответствует этим критериям; ВИЧ, малярия и туберкулёз — нет. ВИЧ мутирует так же быстро за один день, как грипп за год; Он также выживает, вставляя свою ДНК в самые иммунные клетки, которые его охотятся. Бактерии туберкулёза могут выживать даже в состоянии «защищённых» белыми кровяными клетками. А малярия, паразит, способный менять форму, никогда не вызывает иммунитет на всю жизнь. Люди, пережившие повторные приступы, болеют меньше с каждым разом, но этот иммунитет исчезает, если они выходят за пределы малярийного региона. Если они вернутся, первый укус комара может их убить.

Другие заболевания сложны и имеют множество подтипов. Тем не менее, многие болезни, которые сейчас широко распространены, являются относительно лёгкой мишенью, согласно интервью с полдюжиной экспертов. Их можно было бы победить вакцинами, если бы мир выделил больше денег. Длительное тестирование, хоть и дорогостоящее, крайне важно. Вакцины могут иметь опасные скрытые недостатки.

Ранее в этом году использование новой вакцины против денге было ограничено людьми с более ранними инфекциями, поскольку она могла привести к худшим последствиям у некоторых людей, заболевших после вакцинации. Относительно лёгкими целями, по словам экспертов, являются M.E.R.S., Нипах, Ласса (опасные зоонозные вирусы, которые могут вызывать тяжёлые заболевания у человека и обладают потенциалом для глобального распространения.), респираторно-синцитиальный вирус, болезнь Лайма, Западный Нил, Зика и бактерии, вызывающие ангину и сердечно-сосудистые заболевания.

Первые три, не случайно, являются первыми целями «Коалиции за инновации в области обеспечения готовности к эпидемиям» (CEPI, глобальное партнёрство, которое работает над ускорением разработки вакцин и других биологических контрмер против эпидемических и пандемических угроз ), на которые была выделена сумма в 500 миллионов долларов на прошлогоднем Всемирном экономическом форуме в Давосе, Швейцария. На данный момент коалиция собрала около 630 миллионов долларов, но её амбициозные планы — включая ДНК- и РНК-платформы, которые сократят производство вакцин до недель, а не месяцев — потребуют миллиардов долларов.
Недавние достижения в новой вакцине против туберкулёза и новое применение старой вакцины вдохновили экспертов. Но, как и все другие проекты, которые сейчас работают, для этого нужно больше денег.